Анализ причин роста инфляции в январе 2026 года и тенденций на рынке труда в российской экономике

Рост инфляции в начальные недели 2026 года не обусловлен улучшением положения на рынке труда или увеличением потребительского спроса. Этот процесс связан с воздействием налоговых изменений, тарифов и разовых обстоятельств, в то время как показатели занятости и частного потребления свидетельствуют о продолжении стагнации в экономике, возникшей во второй половине 2025 года. При этом о стагфляции говорить преждевременно, поскольку уровень безработицы остается на исторически низких отметках.

По информации Росстата, за 2025 год инфляция на потребительском рынке России достигла 5,59% к декабрю 2024 года, а предварительные данные указывают на рост показателя на 1,26% с 1 по 12 января 2026 года (в годовом исчислении это соответствует 6,4%). Более половины этого прироста приходится на волатильные и регулируемые элементы потребительской корзины. Значительный вклад внесли фрукты и овощи (плюс 7,9%), алкоголь (увеличение цен на водку на 4,2% после корректировки минимальной цены и акцизов), автомобили (1,3–1,5% в связи с ростом утильсбора и НДС), тарифы ЖКХ и транспорта, топливо, а также услуги туризма, подверженные налоговым корректировкам.

Общий вклад подобных факторов оценивается в 0,65–0,7 процентного пункта из общего прироста за первые 12 дней января. В остальных частях корзины темпы роста цен также ускорились, но были менее заметными по сравнению с волатильными позициями. Разовые и регулируемые элементы могут внести до 2–2,5 процентного пункта в инфляцию за весь 2026 год, и значительная часть этого эффекта проявилась уже в январе. Часть повышения цен переместилась с конца 2025 года на начало 2026 года. Технически это может немного повысить годовую инфляцию в 2026 году, но на основную динамику существенно не повлияет. В 2026 году инфляционные колебания неизбежны: ускорение в начале года из-за налоговых изменений сменится замедлением летом в связи с переносом индексации тарифов ЖКХ, а осенью последует новый рост из-за тех же тарифов и сезонного увеличения цен на продукты. Важны не локальные колебания, а общая траектория цен и их влияние на ожидания.

Текущий рост инфляции происходит на фоне замедления частного спроса и рынка труда. Согласно опросам ИНП РАН, в 2025 году баланс прогнозов по изменению численности персонала в промышленности ушел в отрицательную зону — ожиданий сокращения штата стало больше, чем ожиданий расширения найма.

Предварительные данные HeadHunter демонстрируют, что в декабре 2025 года количество резюме превышало число вакансий в 8,6 раза, что соответствует рынку с доминированием работодателей и высокой конкуренцией за позиции. В Москве этот индекс достиг 10,6, в Санкт-Петербурге — 10,3. Дефицит кадров (индекс ниже 4) к концу года сохранялся лишь в сфере торговли. Наиболее острая ситуация сложилась в офисных областях: в маркетинге и PR количество резюме превышало вакансии в 27 раз.

Изменения на рынке труда уже повлияли на политику оплаты труда. За 2025 год баланс зарплатных ожиданий в промышленности, по данным ИНП РАН, стал нулевым после пиковых уровней 2023 года. Доля оценок зарплат как адекватных снизилась до 77% с 85% в периоды экономического перегрева за счет бюджетных注入.

В последнюю неделю декабря реальные расходы в годовом выражении снижались. Квартальная динамика за октябрь—декабрь приблизилась к нулю, что говорит об исчерпании подъема частного спроса. Качественный анализ спроса показывает, что в 2025 году его рост обеспечивался не расширением потребления, а перераспределением трат, увеличением доли услуг и онлайн-покупок, а также растягиванием спроса во времени. Это подразумевает, что даже при сохранении номинального роста расходов потребление больше не стимулирует ускорение экономики.