Банк России планирует продлить жесткую денежно-кредитную политику на длительный период в связи с рисками инфляции

Денежно-кредитная политика Банка России будет оставаться жесткой в течение продолжительного периода, как указано в последнем выпуске бюллетеня регулятора «О чем говорят тренды». Ключевыми выводами исследования можно назвать неожиданное перемещение эффекта от повышения НДС на рост цен — с декабря 2025 года на январь 2026 года, что привело к почти двукратному превышению январской инфляции по сравнению с прогнозами. Теперь Центральный банк выражает обеспокоенность возможным новым подъемом инфляционных ожиданий среди населения, что может спровоцировать всплеск спроса в попытке приобрести товары до роста цен. Поддержание жесткой ДКП подразумевает, в частности, более длительное сохранение повышенных ставок по депозитам.

Одним из основных открытий в свежем издании бюллетеня «О чем говорят тренды» является то, что ускорение инфляции, связанное с повышением НДС, которое многие эксперты ожидали в декабре 2025 года, фактически произошло в январе 2026 года. В результате декабрь показал инфляцию ниже ожидаемого уровня. Кроме отсроченного воздействия повышения НДС, этому способствовали и другие факторы, включая меньший по сравнению с 2024 годом «бюджетный навес» (пик государственных расходов в конце года): в Банке России отмечают, что Министерству финансов удалось более равномерно распределить государственные расходы в течение года. Кроме того, в ноябре-декабре противодействовали инфляции высокий урожай и теплая погода.

Сдвиг всплеска роста цен, связанного с повышением НДС, на январь в Банке России объясняют следующим образом: косвенные данные указывают, что в декабре 2025 года производители и торговые компании удерживали цены, чтобы сократить складские запасы перед повышением НДС. Таким образом, они не закладывали налог в цены заранее, в отличие от ситуации в 2019 году. Это стало одной из причин рекордно низкого роста цен в декабре 2025 года и резкого подъема в январе 2026 года. В период с 1 по 26 января цены выросли на 1,91% — почти вдвое больше, чем в начале 2019 года, когда повышали НДС: тогда за 26 дней прирост составил 1%.

Объяснением недооценки инфляционного эффекта от ужесточения налоговой политики может послужить то, что помимо НДС в январе значительное проинфляционное влияние оказали другие разовые факторы — индексация тарифов и повышение иных сборов (утильсбор, акцизы и другие). Аналитики Банка России подтверждают эту гипотезу сравнением медианных приростов цен по аналогичным товарным группам: эффект прямого переноса повышения НДС в цены в этом году может быть близок к уровню 2019 года, но выборка сопоставимых групп (не затронутых другими повышениями сборов) оказалась довольно узкой.

Из январского скачка инфляции следует, что для достижения собственного прогноза (4–5% инфляции за 2026 год) Банку России потребуется обеспечить устойчивый рост цен в оставшуюся часть года ниже 4% в годовом исчислении. С одной стороны, этому поспособствует дезинфляционное воздействие нормализации бюджетной политики, в том числе через повышение налогов, на совокупный спрос, как это наблюдалось в 2019 году при росте НДС. С другой стороны, регулятор, по-видимому, обеспокоен тем, что концентрация временных проинфляционных факторов в начале года может подогревать инфляционные ожидания, которые остаются повышенными уже несколько лет (в январе они стабилизировались после очередного роста). Такие риски требуют сохранения жестких денежно-кредитных условий и осторожного подхода к ключевой ставке, как указано в бюллетене. В поддержку большей жесткости ДКП как ответа на январский всплеск цен свидетельствует и то, что устойчивое инфляционное давление в 2025 году существенно снизилось, но пока превышает 4% с учетом сезонности в годовом выражении, то есть выше уровня, необходимого для достижения цели прогноза ЦБ.

В четвертом квартале экономическая активность заметно выросла по сравнению с третьим кварталом, при этом рост в значительной мере определяется потребительским спросом, отмечают аналитики регулятора. В 2026 году повышение налогов и сборов окажет сдерживающее влияние на частный спрос, а рост государственного спроса будет слабым, но сохраняющаяся дефицитность рынка труда (безработица с ноября вернулась к историческому минимуму) продолжит стимулировать рост зарплат и потребление населения, поддерживая отставание динамики производительности труда от зарплат.

В итоге текущая динамика потребления остается несколько повышенной даже с учетом высокой нормы сбережений и жестких денежно-кредитных условий, и закрепление тенденции, начавшейся в 2025 году, к сближению темпов роста потребительского спроса и возможностей расширения предложения требует поддержания высокого уровня сберегательной активности населения. Для этого необходимо сохранение жесткой ДКП в течение продолжительного времени, говорится в бюллетене. В этом контексте жесткая ДКП подразумевает поддержание ключевой ставки существенно выше инфляции, что позволяет банкам предлагать высокие ставки по депозитам, отвлекая свободные средства населения от текущих трат и предотвращая формирование избыточного спроса, который при ограниченном предложении приводит к росту цен.

Вечером 3 февраля на совещании по экономическим вопросам значимость приведения инфляции к уровню около 5% была подтверждена президентом Владимиром Путиным как одна из ключевых экономических целей на 2026 год; он пояснил, что замедление роста ВВП России с 4,3% в 2025 году до 1% в 2026 году было целенаправленным и направленным на сдерживание цен.